четверг, 12 декабря 2013 г.

Возвращение к «классному» чтению

Дорогие мои десятиклассники! Кто-то из вас не забывает публиковать свои отзывы о прочитанных «вне класса» книгах, делится своими впечатлениями. Спасибо им за трепетное отношение к чтению, за добросовестное выполнение заданий учителя... 
К радости тех, кому читать ничего «внеклассного» не хочется или просто «не до него», предлагаю вернуться к «классному» чтению. Наши уроки  литературы бегут так быстро и их так мало, а школьная программа определяет и круг чтения, и время, отведённое на чтение и обсуждение  литературных произведений. Расставаясь с той или иной книгой, с тем или иным литературным героем, я всегда сожалею, что не все страницы книги мы перечитали на уроке, о чём-то умолчали, что-то интересное в книге не заметили... Так и с романом Тургенева «Отцы и дети»... Поэтому хочется ещё немного поговорить и о творчестве Тургенева, и его писательском мастерстве - об умении писателя создать такой образ героя, который запоминается, который вызывает живой интерес у читателя, заставляет его спорить об этом персонаже, сочувствовать ему.
Итак, к делу. Предлагаю работать в парах.
Первое задание: в любом эпическом произведении И.С. Тургенева  выберите  эпизод, в котором действуют один или несколько героев. Опубликуйте выбранный эпизод в блоге, точно определите границы эпизода и обоснуйте их с точки зрения композиции произведения. Прокомментируйте выбор эпизода: чем он привлёк ваше внимание, чем заинтересовал.
Второе задание: понаблюдайте, что делают герои в выбранном вами фрагменте. Понятно ли вам, что они при этом чувствуют, что переживают? Как Тургенев изображает внутреннее состояние героя?  Найдите слова, которые передают это состояние, выпишите их или подчеркните в тексте. Часто ли встречаются эти слова  в тексте тургеневского произведения?

3 комментария:

  1. Анна Сергеевна вопросительно посмотрела на него.
    -- Как хотите, -- продолжала она, -- а мне все-таки что-то говорит, что мы сошлись недаром, что мы будем хорошими друзьями. Я уверена, что ваша эта, как бы сказать, ваша напряженность, сдержанность исчезнет наконец?
    -- А вы заметили во мне сдержанность... как вы еще выразились... напряженность?
    -- Да.
    Базаров встал и подошел к окну.
    -- И вы желали бы знать причину этой сдержанности, вы желали бы знать, что во мне происходит?
    -- Да, -- повторила Одинцова с каким-то, ей еще непонятным, испугом.
    -- И вы не рассердитесь?
    -- Нет.
    -- Нет? -- Базаров стоял к ней спиною. -- Так знайте же, что я люблю вас, глупо, безумно... Вот чего вы добились.
    Одинцова протянула вперед обе руки, а Базаров уперся лбом в стекло окна. Он задыхался; все тело его видимо трепетало. Но это было не трепетание юношеской робости, не сладкий ужас первого признания овладел им: это страсть в нем билась, сильная и тяжелая -- страсть, похожая на злобу и, быть может, сродни ей... Одинцовой стало и страшно и жалко его.
    -- Евгений Васильич, -- проговорила она, и невольная нежность зазвенела в ее голосе.
    Он быстро обернулся, бросил на нее пожирающий взор -- и, схватив ее обе руки, внезапно привлек ее к себе на грудь.
    Она не тотчас освободилась из его объятий; но мгновенье спустя она уже стояла далеко в углу и глядела оттуда на Базарова. Он рванулся к ней...
    -- Вы меня не поняли, -- прошептала она с торопливым испугом. Казалось, шагни он еще раз, она бы вскрикнула... Базаров закусил губы и вышел.
    Я выбрала сцену признания Базарова в любви к Одинцовой из романа Тургенева "Отцы и дети". Свой выбор я могу обосновать тем, что считаю этот эпизод одним из кульминационный моментов романа. Базаров, который "любовь в смысле идеальном, или, как он выражался, романтическом, называл белибердой, непростительною дурью, считал рыцарские чувства чем-то вроде уродства или болезни", сам страдал этим сладчайшем недугом. "Кровь его загоралась, как только он вспоминал о ней; он легко сладил бы с своею кровью, но что-то другое в него вселилось, чего он никак не допускал, над чем всегда трунил, что возмущало всю его гордость". С точки зрения композиции, этот эпизод - начало изменения мировоззрения, принципов, взглядов Базарова. И какое начало! Любовь ворвалась в его сердце внезапно, как в плотно закрытую форточку врывается порывистый ветер.
    В этом эпизоде мы наблюдаем разговор Базарова с Одинцовой, затем его внезапный порыв и ее испуг. Одинцова догадывалась о том, что Базаров к неравнодушен. Я думаю, что именно признание она и хотела от него услышать. "И вы желали бы знать причину этой сдержанности, вы желали бы знать, что во мне происходит?
    -- Да, -- повторила Одинцова с каким-то, ей еще непонятным, испугом." И вот она услышала ответ. Базаров любит ее, "глупо, безумно". Этого она и ждала. "Одинцова протянула вперед обе руки". Но в последний момент она растерялась, испугалась. Она не ожидала от сдержанного, всегда спокойного и равнодушного Базарова такого страстного порыва. А счастье было так возможно!
    Базарова не узнать в этом эпизоде. Он, нигилист, человек, отрицающий все человеческие чувства, презирающий романтизм, "быстро обернулся, бросил на нее пожирающий взор -- и, схватив ее [Одинцовой] обе руки, внезапно привлек ее к себе на грудь." В нем билась страсть, сильная тяжелая. И разум, который он всегда ставил превыше чувств, не пришел к нему на помощь. Потому что ни одному человеку человеческое не чуждо.
    Итак, приведенный эпизод - один из переломных моментов в романе и в жизни его главного героя.


    ОтветитьУдалить
  2. Настя, спасибо за выполненное задание. Я попрошу тебя опубликовать данный материал в отдельное сообщение и выполнить задание № 2: "Найдите слова, которые передают это состояние, выпишите их или подчеркните в тексте. Часто ли встречаются эти слова в тексте тургеневского произведения?"

    ОтветитьУдалить
  3. Она взглянула на Базарова… и остановилась у двери, до того поразило ее это воспаленное и в то же время мертвенное лицо с устремленными на нее мутными глазами. Она просто испугалась каким-то холодным и томительным испугом; мысль, что она не то бы почувствовала, если бы точно его любила — мгновенно сверкнула у ней в голове.

    — Спасибо, — усиленно заговорил он, — я этого не ожидал. Это доброе дело. Вот мы еще раз и увиделись, как вы обещали.

    — Анна Сергеевна так была добра… — начал Василий Иванович.

    — Отец, оставь нас. Анна Сергеевна, вы позволяете? Кажется, теперь…

    Он указал головою на свое распростертое бессильное тело.

    Василий Иванович вышел.

    — Ну, спасибо, — повторил Базаров. — Это по-царски. Говорят, цари тоже посещают умирающих.

    — Евгений Васильич, я надеюсь…

    — Эх, Анна Сергеевна, станемте говорить правду. Со мной кончено. Попал под колесо. И выходит, что нечего было думать о будущем. Старая штука смерть, а каждому внове. До сих пор не трушу… а там придет беспамятство, и фюить! (Он слабо махнул рукой.) Ну, что ж мне вам сказать… я любил вас! Это и прежде не имело никакого смысла, а теперь подавно. Любовь — форма, а моя собственная форма уже разлагается. Скажу я лучше, что — какая вы славная! И теперь вот вы стоите, такая красивая…

    Анна Сергеевна невольно содрогнулась.

    — Ничего, не тревожьтесь… сядьте там… Не подходите ко мне: ведь моя болезнь заразительная.

    Анна Сергеевна быстро перешла комнату и села на кресло возле дивана, на котором лежал Базаров.

    — Великодушная! — шепнул он. — Ох, как близко, и какая молодая, свежая, чистая… в этой гадкой комнате!.. Ну, прощайте! Живите долго, это лучше всего, и пользуйтесь, пока время. Вы посмотрите, что за безобразное зрелище: червяк полураздавленный, а еще топорщится. И ведь тоже думал: обломаю дел много, не умру, куда! задача есть, ведь я гигант! А теперь вся задача гиганта — как бы умереть прилично, хотя никому до этого дела нет… Все равно: вилять хвостом не стану.

    Базаров умолк и стал ощупывать рукой свой стакан. Анна Сергеевна подала ему напиться, не снимая перчаток и боязливо дыша.

    — Меня вы забудете, — начал он опять, — мертвый живому не товарищ. Отец вам будет говорить, что вот, мол, какого человека Россия теряет… Это чепуха; но не разуверяйте старика. Чем бы дитя ни тешилось… вы знаете. И мать приласкайте. Ведь таких людей, как они, в вашем большом свете днем с огнем не сыскать… Я нужен России… Нет, видно, не нужен. Да и кто нужен? Сапожник нужен, портной нужен, мясник… мясо продает… мясник… постойте, я путаюсь… Тут есть лес…

    Базаров положил руку на лоб.

    Анна Сергеевна наклонилась к нему.

    — Евгений Васильич, я здесь…

    Он разом принял руку и приподнялся.

    — Прощайте, — проговорил он с внезапной силой, и глаза его блеснули последним блеском. — Прощайте… Послушайте… ведь я вас не поцеловал тогда… Дуньте на умирающую лампаду, и пусть она погаснет…

    Анна Сергеевна приложилась губами к его лбу.

    — И довольно! — промолвил он и опустился на подушку. — Теперь… темнота…


    Мое внимание привлек эпизод из романа "Отцы и Дети", потому что в нем оба героя наиболее откровенны и честны перед собой и перед друг другом.Они не пытаются казаться кем-то и стараются высказать все ,что сказать до этого из-за сложившихся обстоятельств или собственных амбиций ,они не смогли.Анна Сергеевна Одинцова понимает,что не любила Базарова,а он ее привлекал как очень интересный собеседник,в его речах она находила отражение своих мыслей,он говорил вслух о том,о чем она только размышлялаи не смела ни с кем этим поделиться.А Евгений Базаров прошел путь влюбленного человека,ищущего,иногда отрекающегося от своих мыслей.В течение всего романа в нем происходит борьба ума и сердца.Его желание отрицать все вокруг привело к тому ,что он стал отрицать любовь в своем сердце.Лишь перед смертью он осознает свою любовь.

    Мерзлякова Арина


    ОтветитьУдалить