понедельник, 23 декабря 2013 г.

Ключевой момент романа "Отцы и дети"

Она взглянула на Базарова… и остановилась у двери, до того поразило ее это воспаленное и в то же время мертвенное лицо с устремленными на нее мутными глазами. Она просто испугалась каким-то холодным и томительным испугом; мысль, что она не то бы почувствовала, если бы точно его любила - мгновенно сверкнула у ней в голове. — Спасибо, — усиленно заговорил он, — я этого не ожидал. Это доброе дело. Вот мы еще раз и увиделись, как вы обещали. — Анна Сергеевна так была добра… — начал Василий Иванович. — Отец, оставь нас. Анна Сергеевна, вы позволяете? Кажется, теперь… Он указал головою на свое распростертое бессильное тело. Василий Иванович вышел. — Ну, спасибо, — повторил Базаров. — Это по-царски. Говорят, цари тоже посещают умирающих. — Евгений Васильич, я надеюсь… — Эх, Анна Сергеевна, станемте говорить правду. Со мной кончено. Попал под колесо. И выходит, что нечего было думать о будущем. Старая штука смерть, а каждому внове. До сих пор не трушу… а там придет беспамятство, и фюить! (Он слабо махнул рукой.)
Ну, что ж мне вам сказать… я любил вас! Это и прежде не имело никакого смысла, а теперь подавно. Любовь — форма, а моя собственная форма уже разлагается. Скажу я лучше, что — какая вы славная! И теперь вот вы стоите, такая красивая… Анна Сергеевна невольно содрогнулась. — Ничего, не тревожьтесь… сядьте там… Не подходите ко мне: ведь моя болезнь заразительная. Анна Сергеевна быстро перешла комнату и села на кресло возле дивана, на котором лежал Базаров. — Великодушная! — шепнул он. — Ох, как близко, и какая молодая, свежая, чистая… в этой гадкой комнате!.. Ну, прощайте! Живите долго, это лучше всего, и пользуйтесь, пока время. Вы посмотрите, что за безобразное зрелище: червяк полураздавленный, а еще топорщится. И ведь тоже думал: обломаю дел много, не умру, куда! задача есть, ведь я гигант! А теперь вся задача гиганта — как бы умереть прилично, хотя никому до этого дела нет… Все равно: вилять хвостом не стану. Базаров умолк и стал ощупывать рукой свой стакан. Анна Сергеевна подала ему напиться, не снимая перчаток и боязливо дыша. — Меня вы забудете, — начал он опять, — мертвый живому не товарищ. Отец вам будет говорить, что вот, мол, какого человека Россия теряет… Это чепуха; но не разуверяйте старика. Чем бы дитя ни тешилось… вы знаете. И мать приласкайте. Ведь таких людей, как они, в вашем большом свете днем с огнем не сыскать… Я нужен России… Нет, видно, не нужен. Да и кто нужен? Сапожник нужен, портной нужен, мясник… мясо продает… мясник… постойте, я путаюсь… Тут есть лес… Базаров положил руку на лоб. Анна Сергеевна наклонилась к нему. — Евгений Васильич, я здесь… Он разом принял руку и приподнялся. — Прощайте, — проговорил он с внезапной силой, и глаза его блеснули последним блеском. — Прощайте… Послушайте… ведь я вас не поцеловал тогда… Дуньте на умирающую лампаду, и пусть она погаснет… Анна Сергеевна приложилась губами к его лбу. — И довольно! — промолвил он и опустился на подушку. — Теперь… темнота… Анна Сергеевна тихо вышла. — Что? — спросил ее шепотом Василий Иванович. — Он заснул, — отвечала она чуть слышно...




Базаров посылает нарочного к Одинцовой в предсмертный час. Анна Сергеевна именно ТА, кого он хочет видеть больше всего в свой пред смертный час. базаров сравнивает  счастье того,что она навестила его в этот последний момент с царской милостью. "Ну, спасибо, — повторил Базаров. — Это по-царски. Говорят, цари тоже посещают умирающих."
Он открывается перед нами в новом образе, не пытается играть и фальшивить. Дает Одинцовой понять то, что он ее любит. "Эх, Анна Сергеевна, станемте говорить правду. Ну, что ж мне вам сказать… я любил вас! Это и прежде не имело никакого смысла, а теперь подавно."
Одинцова понимает, что не любит Базарова. "Она просто испугалась каким-то холодным и томительным испугом; мысль, что она не то бы почувствовала, если бы точно его любила - мгновенно сверкнула у ней в голове. "

Комментариев нет:

Отправить комментарий